И ты, Брут…

Можно даже сказать, что это моноспектакль в квадрате – Константин является в этом спектакле не только актёром, но и режиссёром, и художником-постановщиком. Он же занимался и подбором музыки. Художником по костюмам выступила Людмила Илюхина. Она же порой была и «зеркалом актёра» – смотрела на происходящее на сцене со стороны, из зала.

«Брут» идёт в подвале, в небольшом театральном пространстве «Андеграунд» на 25 зрителей. Низкие своды, чёрные стены, небольшое игровое пространство на носу у зрителей. Мы видим сценический станок, верёвки с бельём на прищепках, лампочку в абажуре из листа бумаги. Все они – и абажур, и бельё, и прищепки – сыграют в своё время.

Действие происходит в Праге, в период Второй мировой войны. Чехия под фашистами… Немецкая овчарка Брут обожает свою хозяйку, которой приносят уведомление с приказом всем евреям сдать домашних животных.

На протяжении всего спектакля Константин Илюхин будет человеком с тысячью лиц, плавно перевоплощаясь из автора в Брута, потом в других персонажей, чтобы возвращаться вновь и вновь к автору. На артисте поначалу домашний халат – символ добра и уюта. А во второй части спектакля, когда Брута после жёсткой дрессуры превращают в злого сторожевого пса, – военизированный френч.

Печальное имя Брут недаром отсылает нас к истории предательства. Все со школьных лет помнят предсмертные слова Юлия Цезаря: «И ты, Брут?» Так оправдает ли собака свою римскую кличку, предаст ли хозяйку?